Футарк или футар

(древнескандинавское письмо в Этрурии)        

«С чего начинается Родина?    

С обложки в твоём букваре... »

(Из песни)

 

Знания грамматики иероглифа применимы при анализе памятников буквенного письма переходного периода. Буква – бывший иероглиф (если не считать поздние, искусственные алфавиты). Буква – это иероглиф, сохранивший название, но утративший образный смысл и числовое значение.

В переходный период в буквенном письме ещё использовались отдельные иероглифы в качестве непроизносимых идеограмм.

К такому уникальному типу письма я, с некоторых пор, склонен относить древнескандинавское руническое, называемое по первым буквам алфавита futark.

Мы попытаемся прочесть и понять одну старую, может быть, самую древнюю надпись из сохранившихся. Именно ту, которую приняли за алфавит, потому что она повторяется в нескольких памятниках, найденных в различных местах Скандинавии и относимых к разному времени. Хотя порядок букв отличается от привычного строя «альфа-бет», принятого в буквенных системах, начиная с финикийской, но количество знаков – 24, близкое к числу букв классических алфавитов и, главное, повторяемость на протяжении ряда столетий позволили считать этот буквенный строй алфавитом.

Я прочёл буквосочетание как надпись, выражающую определённое содержание.

Попытался понять причинность неологизма «футарк». Почему строй назвали по шести начальным буквам, а, скажем, не по семи? Или не по пяти?

Вот эта надпись-алфавит:

 

 

Датировали эту письменность с оглядкой на «более древние» из западных – этрусскую и латинскую.

Считается, что первоначально футарк появился в Дании примерно в III в. и тогда же распространился в Норвегию и Швецию.

Древнейшие надписи – на золотых брактеатах – медалевидных круглых подвесках.

Значения букв за три века существования рунологии как-будто восстановлены, но считать эту работу выполненной до конца едва ли возможно, если учесть, что тексты ни одного из древнейших рунических памятников до конца не поняты рунологами. И полагаю, не только из-за того, что фонетическое развитие изменило формы германских слов за прошедшее время.

... Латинское письмо вытеснило «языческие» письменности Европы. На континенте сохранились следы только скандинавской руники, на Островах – ирландского огамического письма (по имени мифического героя Ogm, которому приписывается изобретение этого алфавита). Древнейшие памятники относят к 5-6 в.в. н.э. Некоторые из них написаны на недешифрованном языке пиктов – древнего населения Шотландии, другие же – на ирландском.

Первоначально это письмо включало 20 знаков. Каждый знак состоял из одной или из нескольких (до пяти) параллельных друг другу черточек, выступавших влево или вправо от центральной оси строки или пересекавших её. В зависимости от размера черточек и отношения их к центральной оси строки знаки подразделялись на 4 группы по 5 знаков в каждой.

Надписи на камне обычно исполнялись по вертикали, снизу вверх. Применялось также горизонтальное направление строки, обычно справа налево. «Очень возможно, что знаки огамического письма первоначально были цифровыми, счетными знаками и вели своё происхождение от счета на пальцах рук и ног; этим объясняется подразделение алфавита на четыре группы по пяти знаков в каждой»1

Первое предельное число, которое узнал человек, было двадцать. Первая система счета – пятиричная. Первые арифметические действия: пять и пять = десять, четырежды пять – двадцать.

Первые письменные знаки имели и числовое значение, то есть одновременно были и цифрами. Древнесемитская каббалистика и современные цифровые коды-шифры продолжают традиции первоиероглифов.

Культуры, сохранявшие пятиричную систему счета, отражали её и в письменности, и в языках.

Пентатонизм китайской речи тому ярчайшее свидетельство. Каждый гласный имеет пять тонов. Потому, например, внешне двуфонемное слово «та» имеет в зависимости от высоты тона – пять значений – 1) мать, 2) лошадь, 3) конопля, 4) нет, 5) ругательство.

Чтобы изображать степени звука изобрели то, что мы называем нотным станом (пять горизонтальных линий).

К фарфору, шёлку, компасу, бумаге – удивительным изобретениям китайских мастеров, пятым я бы прибавил нотный лист, помогающий нам записывать высоту тона.

Если бы ирландский язык был пентатоническим, я, не колеблясь, предложил бы считать их алфавит нотным.

Но для нашей темы сейчас главное обратить внимание на принцип, в котором выдержан строй этого письма: четыре группы по пяти знаков.

А что, если и другие древнеевропейские алфавиты следовали такому строю?

Следы, вероятно, этой разрушавшейся со временем системы видны во всех первых буквенных письменностях: в финикийском – 22 буквы, в греческом 22 (архаич.), 23 (класс.), 26 (этрус.), 20 (древн.лат.), 23 (класс.лат.). Наиболее осмысленно символика числа выступает в ирландском огамическом (20) и, смею надеяться, в древнескандинавском (24).

 

1.  Собственно букв в этой надписи, полагаю, было 20. Четыре знака – не читались. Они были идеограммами.

Я выделил их, и текст разделился на четыре равные части по пяти букв в каждой.

. . . . . .  . . . . . . . . . .  . . . . .

Выступающие графемы находились между собой в какой-то туманной, однако постижимой связи.

Сначала предположил, что они выражали числа. По крайней мере, первые два – угол (5), два угла (5+5). Если так, то третий знак значил – 15 и четвёртый обозначал первое предельное число – количество пальцев на руках и ногах – 20. («Четыре угла» –  )

Кроме того, каждая идеограмма должна была, по правилам первоиероглифики, содержать образное значение. Угол, мы уже знаем, мог обозначать понятие «мужик», «простой человек». Тогда сдвоенный – «женщина».

В древнекитайском иероглифе скрещенные углы противопоставлены:

nui – женщина. Знак мужчины (простолюдина) представлял собой «отрицаемый угол»:

zen – мужик, простолюдин, человек.

Его синонимичный вариант (угол не зачеркивается, а переворачивается вокруг оси) должен был быть:

– мужик, простолюдин.

Именно такой мы встречаем в Скандинавии. Так обозначали древние германцы и славяне простолюдина. [   Мы убедимся в этом в дальнейшем, анализируя славянское слово «человек», ставшее этнонимами со значением «простолюдин». Князья не называли себя «человек», «чеех > чех», «серб», «крив», «словен», «словак». Правители изображались или гордой вертикальной чертой, или знаком восходящего, юного месяца: slav – князь (Яро-слав, Свято-слав, Мсти-слав, Вяче-слав). А согбенная черта (старый месяц) досталась холопам – «slav-n», «slav-i», «slav-ak» и далее.

«Человек» только после Горького и Ленина зазвучало гордо. Как лозунг, поднявший холопов на бар. А в далекие времена оно было равносильно понятию – раб. До того, как стать этнонимами слова этого класса отложились в латинском servus – работник, слуга, греческом sklavos – раб, и германском slaven – раб. Так называла собственных подданных знать в древней Европе. Славянские князья в том числе. Знак, предметно называемый «серп», «червь», «крив», породил переносные значения, использованные и в новейшей политике для воспитания антиславянского мировоззрения. Отставание лингвистики сказывалось на судьбе народов. ]

... Палеографы и языковеды Европы чураются китайских материалов. Не верьте, что китайское письмо и культура всегда обретались только на Дальнем Востоке и никаких контактов с географически отдалёнными этносами не имели. Знания о взаимодействии народов в прошлом так скудны, что не дают решительных оснований и для утверждения нашей исконной взаимоизолированности.

Тем более, грех такое говорить о Древнем Китае, проявившем задолго до Великой Стены чудеса культурной активности. Академик Окладников подверг геохимическому анализу материал китайских нефритовых колец – идолов солнца. Результаты совпали с данными, полученными при анализе нефрита американских и скандинавских находок, изображавших «солнце с дыркой».

Все эти изделия были изготовлены из минерала, добытого в одном из рудников Забайкалья.

Такое же обширное распространение могли иметь знаки первоиероглифики, да и правила знакотворчества. Миримся же мы сегодня с тем, что арабские и римские цифры разошлись по всему свету, по всем письменностям. Эти идеограммы употребляют даже китайцы, не потерявшие своей циферной системы.

Я вполне допускаю, что цифры-иероглифы («пятёрка-мужик», «десятка-женщина») были в ходу в некоторых доисторических письменностях и продолжили своё существование в древнейшем германском буквенном письме, не устоявшем перед насилием латиницы.

Новейшие религии орудовали своими алфавитами, как топорами, вырубая малейшие следы памяти о «языческих письменах».

 

Памятники древнетюркского письма уцелели только в Монголии и в диких горах Алтая, куда не допустили Ислам. Во всех других местах расселения тюрков не осталось ни одной буковки из богатейшего, надо полагать, наследия этой многотысячелетней письменности. И только через одиннадцать веков после мусульманизации тюрки узнали, что до арабской графики их предки пользовались другим письмом. Узнали, благодаря датскому палеографу В.Томсену, пытавшемуся найти связь «сибирских рун» с древнескандинавскими. Язык, который встал из расшифрованных текстов, оказался тюркским.

... Если мы на правильном пути, то слова в надписи, предшествующие идеограммам, должны были выражать соответствующие смыслы:
futhar
– мужик, человек; gwhni – женщина.

И количество букв, дополняя цифру, обозначали числовые значения каждого понятия: первое слово – пять, второе – десять (совокупно с предшествующим).

Я анализировал эти слова, уже уверенно предполагая их семантику.

Если бы вторым было слово, подобное немецкому mutter – мать, не составляло бы труда увидеть в первом ошибочное прочтение германского futer – отец. Но вторая лексема явно шла на сближение с древнегерманским аффиксальным kuni – род, и его умлаутным аналогом «kyn» – род (дат., исл., англ.). Слово с таким значением могло быть противопоставлено понятию «человек», «мужик», но, скорее всего, прямой противоположностью последнему было – «женщина».

В исландском языке, который поставляет германистам древнейшие формы, сохранилась основа kven, она употребляется с реликтовым окончанием ж.р. Kvensa – женщина (kven-ha). (В сложных образованиях основа, естественно, выступает без показателя рода: kven-kyn – «женский род», kven-folk – «женская организация» и т.п.)

Без родового окончания слово уцелело в исторически-торжественном значении: queen – королева (англ.). Фонетическая транскрипция – kwiin.

Может быть, в доступных германистам диалектах шведских, норвежских, датских, немецких или в старых памятниках сохранились материалы со следами пережиточного показателя ж.р. -i. (Как в греческом чередуются окончания -a, -i такого значения.) Тогда мы имели бы полное основание отождествить исландскую форму kven-ha – женщина, с древнескандинавским словом gwhn-i.

... В этом случае возможна постановка вопроса – а правильно ли интерпретировали значение буквы ?

Рунологи производят её от латинской . И грамматисты в средние века вправе были пойти по этому пути, придав в поздних рунах такой смысл букве, внешне похожей на латинскую. Но они могли не знать другого материала для сравнения. Например, кириллическую   - i i (удвоенную i – краткую, изображавшуюся в славянском алфавите вертикальной чертой без точки).

В восточно-греческих диалектах рано произошёл фонетический сдвиг, сужение мягкого гласного e/i. В классическом (древнегреческом) буквы назывались beta, dzeta, feta... В восточногреческом (далее – византийском) – vita, zita, fita... - eeta > iita.

И ныне в греческом эта буква обозначает долгий узкий – ii.

Думаю, ничего страшного не произойдет, если мы сопоставим рунический знак с кириллической и греческой буквами для долгого гласного. (Краткий звук выражается и в рунах чертой без точки, как в слав. и греч.) С латинским значением руну читают уже три века. Один раз попытаемся нарушить традицию, испытать греко-славянскую норму.

Великих потерь от этой попытки не предвидится, а приобрести можем многое. Прежде всего – слово gwiini -женщина.

(Подтвердить правильность нашего предположения можно, если пересмотреть все случаи применения этого знака в древнейших памятниках руники, и я уверен, что результаты прибавят аргументов в пользу гипотезы.)

 

2.  Древний исландский язык отличался от остальных германских и отношением к слову muter – мать. От него образовывался способом «частичный умлаут» термин непрямо противоположного значения muthar – мужчина.

(В современном исландском modhir – мать, madhur – мужик, мужчина, человек. В древнеисландском – modhur, mudhar.)

Естественное чередование m/b, имевшее место в языках эпохи Начала (до «Договора»), позволяет предположить возможность диалектного аналога со взрывным губным: buthar > puthar > futhar.

Слово futhar, из какого-то древнескандинавского диалекта не могло быть известно во всех других германских наречиях, иначе бы рунологи давно его узнали. И тысячу лет назад, и более не каждый германец понял бы его. Это обстоятельство, как мы увидим дальше, сыграло свою роль в истории.

... Подведем начальный итог:

  futhar      gwiini   ... .

 мужчина   5   женщина  10 ... .

Цифры-идеограммы поясняли и образное, и числовое содержания слов, т.е. степень социальной значимости понятий. Цифры узнавались читающими и не путались с буквами. (Сегодняшний читатель даже в сплошном тексте, не разбитом на отдельные лексемы, опознал бы арабские цифры.)

[   Мужчина не только основной работник, но и воин, поэтому -наиболее затратная единица в обществе. Осознавая это, древние сформулировали, пожалуй, один из первых социальных порядков, не противоречащих объективным законам Эволюции. Человек мыслящий заметил – природа бережет самок: ей высиживать птенцов, вынашивать и вскармливать потомство. Самка неприметна. Самец выделяется окрасом или другими признаками, чтобы в первую очередь привлекать внимание хищников. Пока с ярким петухом расправляются, серенькая наседка сбежит и спасет выводок. Самец, защищая себя, выработал качества бойца, и в этом исполнялось повеление Эволюции: чем дольше он способен противостоять врагу, тем больше времени у самок увести потомство.

Если бы человечество не поняло и не выполняло это одно из главных положений закона сохранения вида, оно бы давно сошло со сцены, как множество других видов, во главе которых оказались «неразумные». ]

В нашей надписи проглядывали черты интересного, необычного для литературы жанра. Кажется, описывались ступени шкалы социальных ценностей. Общественное значение мужчины для племени было ниже, чем – женщины. Об этом говорили цифры.

 

3.  Помочь подтвердить или отринуть эту версию могло следующее слово: eprst – 15. Если оно правильно прочитано и родственно немецкому öberst – «главный», «старейший», «старшина», то речь могла идти о родоначальнике, вожде племени. И тогда слово это само вносит коррекции в результаты работы дешифровальщиков алфавита: буква «е» (так определили значение) могла выражать искусственный мягкий звук – ö, [ фонетическое соответствие е = ö (io), ü(iu) ].

То есть, букву  можно попробовать читать в текстах и как «е», и как искусственный мягкий – «о». [ В тюркском руническом подобная буква повернута, ибо тюрки писали справа налево: – а (е). Она участвует и в «твёрдых» и в «мягких» словах. ]

Следующая – получила от рунологов значение «р», скорее всего, потому, что недалеко была очевидная – «b». Но если, как мы договорились, этот знак выполнял функцию цифры – идеограммы «лидер» («вождь», «старейшина») и не произносился как буква, то место «b» освобождается.

[ О том, что формальное сходство письменных знаков вовсе не означает тождество их названий свидетельствует гр. – beta, древнетюркская – ük – «старейшина, Матерь» и шумерский иероглиф  - l'u – человек. Предположив, что скандинавский знак есть идеограмма, выражающая не звук, а понятия, следует попытаться рассмотреть его в подобающем его статусу понятийном и знаковом контексте. ]

Если первый звук е(ö) был мягким, то, полагаю, древнегерманский сингармонизм все слово делал мягким. И тогда понятно присутствие в этом слове второго «r».

Мягкие в древнетюркском и кириллице создавались в основном чертой, направленной вниз.

Чем отличается латинская R от греческой Р? Чертой мягкости. Римляне выбрали из пары «P/R» одну, ибо в их языке звуки не подразделялись по качеству. Но в древнегерманском такая оппозиция, видимо, существовала. Наследие этой особенности чувствуется в некоторых современных германских. Скандинавы не пошли путём тюркских коллег, добившихся почти тотальной четности алфавита. Достаточным оказалось только несколько пар. Использовали римскую букву для твердого вибранта (R), а мягкая походит на тюркские мягкие плавные: - l' r'. По сути это диалектные варианты одного исходного знака  - обозначавшего «корову» («барана») и «солнце» в древнем Средиземноморье еr (еl). Полагаю, что буква выражала палатальный плавный еr'.

 

4.  Продолжим: мужчина – 5, женщина – 10, старейшина – 15... Значения развиваются по нарастающей. Кто же может быть выше, ценнее вождя? Бог? Но слишком короткое слово: got. Пятёркой не выразить. Однако, посмотрим, на что намекают пять последних букв: emlngd.

Последний шестой знак  и в тюркской письменности был принят. Это буква-иероглиф, обозначающая понятие «дом». Варианты в орхонских и енисейских надписях:   . Его числовое значение самое высшее – 20. И образный смысл должен был соответствовать этой предельной оценке.

Звукосочетание вызывает только одну ассоциацию: geimland – родина (нем.). Буквально «дом-земля» – «домашняя земля».

И если так было, то корректируется значение первой буквы группы: – «е». Она схожа с древнетюркской – «h», которая восходит к арамейской – het и латинской  - h.

... У тюркского письма и скандинавского общая графическая формула: вертикальный штрих и диагональный. Обе письменности не приемлют горизонталь, превращая её или в ломаную, или в косую. Поэтому тюркская – äb (еb, ev) соответствует греко-латинской А, реже .

(Южноевропейские письменности отдавали предпочтение горизонтальному штриху перед ломаной линией.)

В классическом греческом алфавите Н – eeta > iita (heta), финикийское название – het (hei).

Вспомним, что в готских (древнегерманских) текстах каждому долгому гласному соответствовал дифтонг с «i»: ā = ai, ē = ei.2 Возможно, рассматриваемый знак был лигатурой, выражавшей не отдельный звук, но комплекс -«hei». Тогда группу можно прочесть «hei-m-l-ng-d»

Общий смысл надписи мы, похоже, восстановили. Выстраивается порядок:

мужчина – 5 ( ), женщина – 10 ( ), старейшина – 15 ( ), родина – 20 ( )

Высшая духовная ценность – родная страна. Она превыше государя и граждан. Самая краткая и выразительная конституция из всех известных. Основной закон какого-то древнегерманского социума. Главный принцип, воспитывавший уважение к государю и преклонение перед родиной. Далеко не случайно именно в германской поэзии 19 века вспыхнула формула: Дойчланд, убер аллее – «Германия – превыше всего!»

Она, вероятно, веками жила в духовной культуре народа, уходя корнями в скандинавскую древность. Важность этого текста объясняет его тиражирование без изменения, что и позволило рунологам принять эти надписи за алфавит. Идеологический алфавит, государственно-духовный канон, который должны были знать все, вырезался на золотых медальонах-гербах и других значимых предметах.

И как давно начала проявляться сия традиция?

 

5.  В диалекте, где не было слова «futhar» – муж, а губной гласный произносился нозализовано, начальные буквы «народные этимологи» прочли – F-un-tar... Значения двух первых букв складывались в слово «fun» («fon») – господин (князь). Смысл «gwiini» так же не был ясен: женщину в этом диалекте называли иначе. И непонятные звукосочетания воспринимаются как титул и личное имя исторического персонажа, кому принадлежал золотой герб с надписью.

(Такой подход к интерпретируемым древним надписям продуктивен и сегодня: все тексты, писанные древнескандинавскими рунами на 80-90% состоят из «личных имен». Все непонятные звукосочетания принимаются за личные имена, потому что они не требуют перевода, но антропоним – это, прежде всего – слово, наделенное при рождении лексическим смыслом. Непонятные имена приходили из других языков, где они имели вполне ясные значения. «Древнегерманским антропонимам», обнаруженным в надписях, зачастую нет соответствий ни в одном словаре планеты.)

Как нет аналогий имени легендарного этрусского князя – Tarkviini. Оно, считаю, было построено из букв канонической надписи на золотом брактеате: F-un-t-a-r (  ) k-w-ii-n-i (  ) ö-b-e-r-s-t (  ) hei-m-L-an -d (  ).

«Фон Тарквини – старейшина (государь) – родины» («родной страны») – так, думаю, поняли смысл надписи, традиционной уже в 7 в. до н.э. жрецы германского племени, входившего в состав Двенадцати племен Этрурии. Имя Тарквини стало почетным, династийным, его присвоили нескольким этрусским правителям доримского периода и городу в Этрурии к северо-западу от Рима. В «Латинско-русском словаре»: «Tarquinius – Тарквиний, имя пятого и седьмого царей Рима».

Этот факт (если он подтвердится дальнейшими исследованиями не только рунологов) помогает объяснить, почему за два с лишним века беспрерывного изучения многочисленных этрусских надписей ни одна не была понята, хотя прочтены все (значения букв, в основном, установлены).

 


1)  В.А.Истрип «Возникновение и развитие письма», М., «Наука», 1965, стр.383.

2)  Такой же рефлекс замечен в хурритских текстах (II тыс. до н.э.). Он продолжает действовать в некоторых тюркских. В казахском – отчетливо. Казахи не приемлют долгих аа, её... Если они возникают в грамматической эволюции, то автоматически превращаются в ai, ei.


дальше
в начало книги

этимология самые первые слова
Hosted by uCoz